История. 34 года назад матч с участием «Металлурга» посетил Ким Чен Ир

В 1985 году магнитогорский «Металлург» совершил первую в своей истории зарубежную поездку в КНДР, где провел сборы и серию товарищеских матчей против сборной КНДР.

Более подробно об этой поездке нам рассказал начальник «Металлурга» тех лет Михаил Чекуров. От него мы узнали, почему в КНДР «Металлург» приняли за ЦСКА, кто был на матчах с участием магнитогорской команды из лидеров КНДР тех лет, а также многое другое.     

–        Михаил Александрович, поездка «Металлурга» в Северную Корею (республику КНДР) в 1985 году она планировалась заранее? Например, за год до этого? Как вообще так случилось, что именно «Металлург» там оказался?

–        Как ты знаешь, в «Металлург» я пришел в 1981 году. Кураторами класса «А» второй лиги был спорткомитет российской федерации. А первую и высшую лиги вел спорткомитет СССР. Тогда начальником управления хоккея России был Марьяшин Михаил Филиппович, - отличный мужик. Я с ним очень хорошо подружился. И он предложил «Металлургу» под флагом сборной России слетать в Северную Корею. Но была одна проблема. Потом мы должны были корейцев принять у себя.

–        В Магнитогорске?

–        Да, но у нас-то на тот момент не было ни искусственного льда, ни дворца. И тогда он нашел выход – договорился со СКА Хабаровском. СКА в 1986-м году принимал у себя сборную КНДР, а потом летит туда. Так проблему эту решили. Это было чисто наша договоренность с руководством управления хоккея РСФСР. Так мы поехали в Северную Корею. Это была закрытая страна. Именно «Металлург» стал первой большой спортивной делегацией из Советского Союза, который туда прибыл с официальным визитом.   

–        Какие были сложности при организации этой поездки? Оформление виз, паспортов?

–        Нет, никаких сложностей не было. Спорткомитет РСФСР оформил нам визы и загранпаспорта. Сели на в Хабаровске на самолет и улетели в  КНДР. Там нас тепло встретили и расселили в гостинице «Спорт» на центральной площади Пхеньяна. У всех были двухместные номера. Я жил с Валерием Белоусовым. Постников – с Николаем Никитиным, - от города он был завотдела горкома партии. Он возглавлял нашу делегацию. Был он в кожаном пальто. Корейцы сначала за него схватились, подумали, что это сотрудник органов. Ко мне тоже с вопросами пристали, но потом отстали. Был у нас переводчик, гид и тренировки по два раза в день во дворце. Дворец очень интересный, а штат дворца насчитывал всего семь человек.

–        Включая заливщиков?

–        Да. Сам Пхеньян интересный город. Там везде-то не проедешь, - зоны расставлены, но город чистейший. Вот идут пионеры, листочки упали, они поднимут, в фарточки сложат. Все автобусы, такси – «Мерседесы». Жители КНДР не имели права иметь личные машины, только велосипеды. Чистая страна, жили, конечно, бедно, но жили. Очень много употребляют женьшеня. Их там целые плантации. Были у нас плановые тренировки, культурные программы. Тогда команда у нас была неплохая. В Первую лигу вышли в 1989 году. Кормили в ресторане здорово. Нам очень понравился ананасовый сок, мы его весь выпили.

–        Для советских людей он был тогда в диковинку?

–        Ну да. И плюс в то время появились первые туристические группы. Одна из них из Хабаровского края жила с нами в одной гостинице. Проходили интенсивные тренировки. Провели два или три матча против сборной КНДР. Зрителей нагнали. В одном матче «Металлург» 25 шайб забил (если быть точным – 26), из них 12 – только один Валерий Белоусов. А у нас на эмблеме была звезда изображена, и местный диктор объявлял, что «Металлург» это вроде как  ЦСКА. Что корейцы играют не с Магниткой, а с ЦСКА.

–        Почему все-таки выбор руководителей российского хоккея пал на «Металлург»?

–        К нам очень хорошо относились. С Марьяшиным у меня были очень хорошие отношения, долго их поддерживали.

–        Но нам важно было туда улететь?

–        Конечно. Команда, которая не имела своего дворца, команда, которая, можно сказать, из подвала, получила возможность слетать за границу. Тем более, это была первая заграничная поездка «Металлурга».  

–        А почему из Хабаровска летели?

–        А ты знаешь, тогда у нас на табло в магнитогорском аэропорту места не было для рейсов: Ан-24 и Ан-2 постоянно летали. Мы на Ан-24 долетели до Свердловска, а оттуда в Хабаровск. Мы так часто летали, даже в Орск на Ан-2. Тогда взяли два самолета Ан-2 и полетели в  Орск. После того полета Постников сказал, что больше на Ан-2 не полетим. Представляешь, что это такое два самолета по 12 человек?

–        Что за культурную программу вам корейцы подготовили?

–        Мы как раз когда были в КНДР, отмечалась очередная годовщина Великой октябрьской революции. И по этому случаю сын Ким Ир Сена - Ким Чен Ир проводил торжественный прием. Он был лидером комсомольской организации. И нас пригласили на этот прием: меня, Постникова, Белоусова, доктора команды Лазутова. Ким Чен Ир подошел к нам, поздоровался. Жаль, что не сфотографировались. Прием был очень интересный. Раздается гонг, выходят в центр зала официанты в белых перчатках. Смотрю, наш доктор с кем-то уже познакомился. Думаю, и здесь кого-то нашел. Оказалось, что это был военный атташе. Наш доктор суворовец, и тот суворовец. Если два суворовца знакомятся, то это дружба навек. И вот тот атташе к нам потом в гостиницу приезжал каждый вечер и возил нас по барам Пхеньяна. Затем прием у нас был в посольстве, а послом был Андрей Карлов, которого убили в Турции в декабре 2016 года. Он долго с нами беседовал, научил пить чай с жасмином. Хорошая программа была. В том числе поездки на шашлыки. Метро в Пхеньяне очень красивое, как в Москве. Три дня разрешали ребятам пиво попить, а через три дня пиво мы пить запретили. И все оставшееся пиво к нам в номер принесли. В Магнитогорске тогда директором мясокомбината был Гиллер. И он нас снабдил сырокопченой колбаской и прочими деликатесами. И когда я их достал из чемодана, Никитин удивился: Мол, откуда? У нас же с собой никаких денег не было, вообще ничего не купишь. Конечно, мы пиво, водку отдавали гиду, переводчику, водителю. Всей нашей команде работники отеля хоккейные вещи перестирали бесплатно. А я думал, чего это наши игроки такими чистенькими ходят.        

–        Дворец, в котором играл и тренировался «Металлург», произвел впечатление?

–        Очень красивая арена. Тысяч на семь. Обслуга вообще на высшем уровне. Как в армии: чистенько, хорошо и ненавязчиво. Нас вывозили за Пхеньян. У них своя триумфальная Арка выше, чем во Франции, телевышка – больше Эйфелевой башни, «Дисней Лэнд» отличный. Мы там целый день на аттракционах провели. Ездили к океану. Очень много препаратов на женьшени, - их ребята для себя и родственников прикупили.

–        А что касается солдат с автоматами. Видели таких?

–        Нет. Это очень экзотическая страна. Там санатории хорошие, гостиницы великолепные, но чтоб автоматчики на виду? Нет. Там они, конечно, были, но незаметно, что не увидишь. Как раз в то время в Пхеньяне был хор из СССР от Министерства внутренних дел. Мы были на их концерте.

–        Какие подарки вручили от ММК?

–        Я заказывал чайные и кофейные наборы, а с ММК мы брали книгу о Магнитке, и подарили спорткомитету КНДР. У нас в Магнитогорске хорошую посуду делали в то время.

–        Сам Ким Чен Ир был на матчах?

–        Да, на одной игре присутствовал, а его отец не приезжал. Мы его дважды видели: на банкете и на игре.  

–        Кто тогда тренировал корейских игроков?

–        Корейский тренер был – это точно. Они же потом каждый год к нам в СССР прилетали. Ребята злючие, но им сложно было. Они были на каждой нашей тренировке. Проводили с «Металлургом» совместные тренировки. Постников и Белоусов их обучали. От Валерия Константиновича они вообще были в восторге, он же им за одну игру двенадцать шайб ввалил. Как сейчас называют мастер-классы, а тогда это были совестные тренировки.

–        Сколько там были?

–        22 дня. Была очень обширная культурная программа, в гостинице почти не сидели. Наш переводчик Ча помогал, а так нам с местными сильно общаться не давали. Туристы в КНДР только начинали появляться.

–        В плане еды хорошо кормили?

–        Европейская еда. Всё, что было надо, было на столах. Доктор команды этот вопрос хорошо решал.

–        Связь с родственниками за это время была?

–        Нет. Все новости по телевидению на корейском языке. Да и ребятам не до этого было. Тренировались по два раза  в день.

–        Как вас в Магнитогорске встречали после той поездки?

–        Как обычно, отчитались. Сложное время было. Сейчас, вон, легко: летай, куда хочешь, а тогда подобная загранпоездка была за счастье.   

–        Сам Постников был доволен поездкой?

–        Конечно. Приехали в другую страну, льда давали, сколько надо, питание великолепное. Из спиртного – только пиво. Две тренировки день, плюс культурная программа, – ребята были заняты с утра до вечера. Мы за городом с Юрием Моревым смогли за руль «Вольво» сесть, покатались. В Магнитке тогда ни одной иномарки не было.

–        Были ещё какие-то запланированные поездки в советское время?

–        Нет. Была одна такая, больше ничего не планировалось, поскольку все это четко контролировалось. Это уже после развала СССР лети куда хочешь.

–        А тогда страшно было лететь в КНДР?

–        Нет. Совершенно никакой опасности. Там нормально всё было. Да я и сейчас бы с удовольствием туда съездил бы, подлечиться. У них очень хорошие санатории. Везде громадные портреты Ким Ир Сена,  Ким Чен Ира. Люди работают, им тяжело.  

Интервью вел Артур ИВАННИКОВ.     

Фото из личного архива Михаила ЧЕКУРОВА. 

Ice, 28.08.2019 17:09
     0   комментариев